Облизбирком

Матвей Кондрашов

Главный редактор

В сентябре в Челябинской области вновь распахнут двери избирательные участки. Южноуральцам предстоит выбрать депутатов Государственной Думы. Предвыборная кампания еще официально не стартовала, однако в Челябинске уже начали появляться некие баннеры, листовки. Кто досрочно «обрабатывает» горожан? Какова вероятность того, что выборы вновь растянут на несколько дней? Можно ли будет проголосовать через «Госуслуги», вообще не выходя из дома? За ответами мы отправились в Областную избирательную комиссию общаться с председателем.

Предисловие: редакция издания «Челябинский обзор», как и региональная избирательная комиссия, ответственно относится к профилактике распространения коронавирусной инфекции. Поэтому перед началом беседы обе стороны заранее обратились к медикам, после тестирования получили справки о том, что не являются носителями инфекции. Таким образом удалось избежать различных неудобств и пообщаться непосредственно лицом к лицу.

— Сергей Владимирович, начать хотелось бы с извечного для обывателя вопроса: когда одни выборы (Законодательное собрание, сентябрь 2020-го) заканчиваются; а до следующих (Госдума, сентябрь 2021-го) еще больше, чем полгода; чем занимается избирательная комиссия во время затишья?

— Для граждан это выглядит действительно так: голосование прошло, итоги подведены, лавочку можно сворачивать. Но по факту для нас выборы начинаются раньше, чем общественность обращает на них внимание, и заканчиваются гораздо позже. Участки же не открываются, а бюллетени не подсчитываются сами собой. Это определенные действия, телодвижения, затраты.

— Улавливаю в ваших словах, что к визиту Контрольно-счетной палаты готовитесь...

— Вы забежали вперед, но да, в феврале в графике стоит проверка. Изучать будут расходы не только по сентябрьским выборам. Давайте не забывать про общероссийское народное голосование по внесению поправок в Конституцию. Помимо традиционных расходов — на информкампанию, открытие участков, зарплату членам комиссии — в прошлом году добавились траты на закупку средств индивидуальной защиты и создание на участках безопасной эпидобстановки. Это все деньги. И проверяться будет огромное количество документов — как минимум весь финансово-экономический блок избирательной комиссии.

Возвращаясь к тому, почему выборы закончились, а мы продолжаем работу. Помимо подготовки финансовой отчетности, мы регулярно участвуем в заседаниях Центральной избирательной комиссии, недавно рассказывали: как в рамках федерального эксперимента регион поучаствовал в сборе подписей через единый портал Госуслуг. Показали особенности, нюансы, те моменты, которые можно улучшить.

Плюс в середине октября мы попали на период, когда раз в пять лет надо собрать и утвердить избирательные комиссии в территориях области. Мы два месяца формировали их составы; выбирали председателей; вели работу с политическими партиями, которым хочется своих активистов ввести в состав избирательных комиссий. В итоге мы обновили составы 46 из 51 комиссий (по оставшимся 5 мы это сделаем в мае). И уже сразу же с января их начали обучать, потому что в нашем случае 11 из 46 председателей — новички, а при организации выборных процедур в сентябре мы должны четко понимать, что у нас эти комиссии слаженно отработают.

— В одной из прошлых бесед вы говорили, что членам комиссии чуть ли не психологические тренинги надо организовывать.

— Для понимания: у нас в регионе насчитывается свыше 2 300 избирательных комиссий, к выборам привлекается более 20 тысяч сотрудников на всех уровнях. Как показывает практика, прессинг до сих пор встречается. Сбоя не должно быть нигде. Поэтому все, кто участвует в процессе выборов, должны иметь колоссальный запас стрессоустойчивости.

Но в том-то и фишка выборов, что это конкурентные процедуры. Как бы кто-то ни говорил, что все предрешено, я не могу с этим согласиться. Наоборот. Выборы — это интересно, порой инновационно. И надо это со всеми проговаривать. Потому что если мудро молчать, то критическое количество этих вопросов станет неуправляемым. Мы еженедельно проверяем среди членов комиссии: кто сколько выучил; как систему тестирования проверяем, потому что, естественно, учитель должен сам все знать, а не как в старом анекдоте:

Разговор 2-х преподавателей:
— Ну и группа мне в этом году попалась тупая!
— А что так?
— Представляешь себе, объясняю теорему — не понимают! Объясняю второй раз — не понимают!! В третий раз объясняю, сам уже понял!!! А они не понимают...

Чтобы этого не было, мы стараемся объяснять все простым языком на конкретных примерах, по возможности — с использованием визуализации. Этим мы занимаемся сейчас, несмотря на то, что избирательная кампания начнется, по сути, официально в июне.

С. Обертас: «Все нюансы выборов мы стараемся объяснять простым языком»

— Предвижу вопрос от читателей «Челябинского обзора»: почему в июне, когда выборы в сентябре?

— У нас есть 110–90 (именно так, в сторону уменьшения) дней до даты голосования. Она уже определена — 19 сентября. От нее отнимаем от 90 до 110 дней, именно в этот период президент Российской Федерации должен принять соответствующее решение назначить выборы, потом оно в пятидневный срок должно быть опубликовано. И вот с момента публикации дается старт избирательной кампании. Сразу, соответственно, в действие вступает закон о «выборах депутатов Государственной Думы», и уже начинаем жить по определенным правилам. А до этой даты мы живем в непонятном для обывателя времени, когда «вроде выборов нет, но мы что-то делаем, к чему-то готовимся, что-то учим».

— Председатель Центральной избирательной комиссии России Элла Памфилова на днях объявила, что в Москве и еще пяти регионах выборы пройдут в формате онлайн-голосования. ЦИК в ближайшее время объявит сбор заявок от территорий, которые считают, что готовы к такому. Челябинская область намерена участвовать в проекте?

— В целом, как пионеры, мы всегда готовы. Я немного флэшбек сделаю: когда нам предложили в прошлом году организовать процедуру сбора подписей через «Госуслуги», мы были единственными в стране, кто к выборам в Законодательное собрание это сделал. Представьте: на старте под тысячу человек хотели принять участие в процессе. Но даже тогда мы сказали, что готовы, нам это право было представлено и мы его реализовали.

В этот раз речь идет о ДЭГ, и думаю, что люди уже привыкнут впоследствии к этой аббревиатуре. Речь идет о дистанционном электронном голосовании. Предполагается, что человек может подать заявку, используя портал «Госуслуги», имея подтвержденную запись; но проголосовать он сможет на конкретном избирательном участке. Их может быть несколько, они должны быть сформированы, оборудованы определенной техникой и софтом. В любом случае человек участок должен будет посетить физически.

— Ну и в чем отличие тогда от обычного голосования?

— В том, что процедура волеизъявления минует сверку паспорта, заполнение данных, выдачу бумажных бюллетеней и так далее. Все это будет сделано с использованием некоего «тачпада» — сенсорной панели, на которой пользователь сможет после процедуры верификации сделать свой выбор в два клика.

— Два — это потому что, насколько я понимаю, надо будет проголосовать как за наиболее симпатичного кандидата, так и за партию.

— Да. Область разделена на пять одномандатных округов: Магнитогорский, Металлургический, Коркинский, Челябинский, Златоустовский. По каждому из них будут определены кандидаты на депутатское кресло, из которых можно будет выбрать. Ну и плюс надо будет проголосовать за какое-то из политических объединений.

— Я из вашего ответа так и не понял, Челябинская область в итоге в ЦИК-то будет подавать заявку на проведение выборов в электронном формате?

— Мы в начале большого пути. У нас 85 субъектов, выборы будут на территории всей страны, счастливый билет смогут вытянуть, как вы сказали, 6 областей.

— Да не я сказал, Памфилова. Я просто, теперь уже в третий раз, уточняю: заявку подавать будем?

— Мы общаться несомненно будем и серьезность своих намерений планируем обозначить. Но решение будут принимать в Центризбиркоме, потому что, как и сказал — 6 регионов — это не все 85.

С. Обертас: «Нам интересно проведение выборов в онлайн-формате, но решение будут принимать наверху в ЦИК»

— А вы думаете, все 85 ринутся заявки подавать?

— Ну, я в теории должен же это предусмотреть. За коллег в других регионах я, естественно, не могу отвечать, но нам в принципе это интересно. В любом случае, достанется нам это право или нет, все равно за этим будущее. Мы к этому планово, в рамках цифровизации нашей отрасли и страны в целом двигаемся.

Что хотел бы отметить: электронное голосование не будет подменять стандартную процедуру, но станет интересной, яркой альтернативой. Сам избиратель нам эти преобразования диктует. Посмотрите: кто-то уже жить не может без гаджетов. Таким будет интересно проголосовать в электронном формате: быстро и незатейливо, без лишних телодвижений. А кому-то будет интереснее сделать это традиционно: нарядиться, сходить на участок, проголосовать, обязательно потом зайти в буфет, взять пару беляшиков; получить на выходе какой-нибудь флажок. Так что мы не говорим, что с цифровизацией эпоха бумаги уйдет, нет. Просто выборы будут проводиться по нескольким сценариям, максимально удобным и доступным разным слоям аудитории.

— Коль от выборов в целом акцент в разговоре сместился непосредственно на избирателей, мне стало интересно: а сможете ли вы нарисовать портрет избирателя в нашем регионе? И так как мы — городское издание, хочется отдельно послушать про челябинцев.

— С позиции областной избирательной комиссии для нас разграничений нет. Наша задача — организовать выборный процесс так, чтобы каждому это сделать было удобно: замерили на входе температуру, проводили, вручили маску с перчатками, проверили паспортные данные, вручили ручку, бюллетень и так далее. Чтобы на выходе с участка ни у кого никаких вопросов не возникло.

— Вы о процедуре, а я чуть о другом. Отличается ли избиратель в Челябинске от такого же, условно, в Бредах? Можете психологический портрет нарисовать?

— Давайте попробуем, но я сразу говорю, что не являюсь ни психологом, ни политологом, ни социологом. Естественно, в зависимости от территории портрет избирателя будет разниться. Все-таки Челябинск — это столица, это более продвинутый город, здесь уровень сервисов и материальных благ может быть чуть более получше, чем в целом по области. Это накладывается и на ментальность людей. Но в целом, даже если исходить не из электоральной картины, а биологической: у нас на планете женщин больше, чем мужчин. Поэтому в любом случае наш избиратель, скорее всего — это дама, по возрасту серебряной/золотой поры жизни.

Если сравнивать Челябинск с любой сельской территорией, избиратель, конечно, разный, и явка может быть разной. Но вопрос тут спорный. Явка может зависеть не только от ментальности, но и от уровня конкурентной среды и яркости кампании.

— Прошедшая перед выборами в ЗСО агитация, если позволите высказать личное мнение, мне не показалась яркой. Кто выступил молодцом, так это губернатор: совершил цикл поездок по Челябинску, по области. Везде услышал о проблемах от жителей, устроил разносы двоечникам, подсказал — где надо еще поднажать. Но от действий других кандидатов рука порой так и устремлялась к лицу: чес из 90-х по дворам, напоминающий приезд цыганского табора. Бабы в кокошниках, завывающие «ай нанэй нанэй нанай»; музыка на всю округу; какие-то куклы ростовые бродят с листовками, на которых лица и какие-то пафосные, но невнятные лозунги: «Время выбирать», «Мы за будущее», «За справедливость», «Голосуй сердцем», «За ответственность и результат». Может, и звучно, но ни о чем же! Никакой конкретики. И, на мой взгляд, никто тогда так и не объяснял населению: кто такие депутаты Законодательного собрания и почему так важно идти их выбирать. Как итог: 33,90% голосующих, что даже меньше, чем на аналогичных выборах 2015 года (37,97%).

— Вы сейчас пытаетесь это оценить как политолог. Наши основные принципы — это легитимность и верность традициям процедурного момента. Поэтому даже если явка будет в 20 раз больше или в 20 раз меньше, для нас основной критерий — это чистота проведения предвыборной кампании и самой процедуры голосования. Для нас головная боль в другом: обучить 20 тысяч человек не совершать ошибок и подготовить их к возможным провокациям. Потому что любого члена комиссии могут попытаться объегорить, спровоцировать, вывести на конфликт ради дестабилизации обстановки. Мы этот процесс легитимизируем. Поэтому явка — это важно, но я напомню, что в действующем законодательстве нет минимального порога.

— Нет минимального порога, но я не устану цитировать вас же: во время предыдущих выступлений ориентиры по процентам явки от Сергея Обертаса звучали вполне конкретные.

— Это второй вопрос, который часто задают мне помимо «что вы делаете после выборов». Журналисты меня спрашивают: «Как вы прогнозируете грядущее голосование?», и я вынужден отвечать. Я пять раз оговорюсь, что «я могу предположить, как физическое лицо», чтобы потом не объявили, мол, «он прогнозировал 70%, пришло 50, ату его!». Это просто некая оценка, средняя температура по больнице. Я только в этой части могу рассуждать.

С. Обертас: «Прогнозы по явке я могу давать, как физическое лицо, а не как председатель облизбиркома»

— Предвыборная кампания еще даже не стартовала, а мы видим, как отдельные личности начинают уже себя вести достаточно агрессивно. Развешивают баннеры на объектах культурного наследия, в своих тезисах потенциального избирателя, мягко говоря, дезинформируют. При этом уже отмечается, что этот персонаж, сейчас являясь депутатом, попал в лидеры, но не по числу внесенных законопроектов, а по итогам пропущенных заседаний (76,76%). Возникает резонный вопрос: зачем этот человек устремляется в Госдуму? Уж вряд ли за тем, чтобы обозначать там позицию своих избирателей.

— Я тоже живу в Челябинске и за этим наблюдаю. Это, наверное, некий маркер серьезности намерений со стороны определенных физических лиц. С другой — у нас, как я уже говорил, выборы еще не назначены. Соответственно, законодательство о выборах на эти действия не распространяется. Если человек не призывает к свержению конституционного строя, к насилию, это за рамки закона не выходит. Так что эта тема с выборами связана, но непосредственно к процедуре не имеет отношения.

— Да я просто в рамках своего обывательского мнения вангую, что на выборах в Госдуму в Челябинске скучно уж точно не должно быть.

— У нас вообще скучных выборов не бывает. Самое сложное для нас — это работа с людьми во всех смыслах. Кандидаты все разные, у каждого свое видение. Я могу говорить, что эта надпись зеленая; вы можете говорить, что она фиолетовая. А правда может оказаться в том, что здесь что-то написано. Я-то это буквально должен трактовать. Ждем закона о выборах депутатов Государственной Думы, и отношение к этому закону у всех должно быть единое.

— В прошлом году Челябинская область поучаствовала в вынужденном из-за коронавируса эксперименте — трехдневные выборы. Обозначено, что вероятность повторения такого сценария в сентябре довольно велика. А вам какой вариант ближе и симпатичнее: когда выборы проводятся за один день или нет?

— Мы не можем оценивать это как какой-то химический опыт, в котором мы создаем некую идеальную среду. Мы должны рассматривать выборы в комплексе общественных отношений. Не погружать ситуацию в вакуум, а учесть все элементы. Нет у меня уверенности в том, что коронавирус по щелчку пальцев исчезнет. Жизнь и здоровье людей — это важно. И я на этот вопрос отвечу, как мне кажется, вполне конкретно: решение о том, будут выборы проводиться за 1 день или 3, примет Центральная избирательная комиссия, а мы в этом отношении — солдаты. Если нам скажут работать 3 дня — мы будем работать 3 дня; но с пониманием того, что мы будем проводить эту процедуру так же безупречно, как если бы мы ее проводили за 1 день. Наш КПД никак не изменится.

С. Обертас: «Выборы могут проводиться хоть за 1 день, хоть за 3; наше КПД от этого не изменится»

— И хотел бы еще вспомнить ваше первое интервью изданию «Челябинский обзор». Сергей Обертас тогда в должности председателя облизбиркома два месяца, за плечами ни одной избирательной кампании. И на вопрос: «Зачем вы сюда пришли?», звучит ответ: «Чтобы сделать этот мир лучше». Спустя 4 года, как считаете, получается?

— Я считаю, что да. В любом случае, считаю, что мне за результат своего труда и моей команды, в целом, уж точно не стыдно. И мы на месте-то не стоим. Как я сказал в начале беседы — сейчас новые составы комиссий формируем, обучаем; делаем прекрасный задел на следующую пятилетку. Сложные вопросы, конечно, возникали. Но тем они и хороши, что позволяют развиваться самому, развивать людей вокруг. И на выходе от этого все только выигрывают.

Продолжение следует.

Мнение

Интервью

Популярное