Как песок сквозь пальцы

О чем новый спектакль Челябинского драматического театра «Демоны»

Челябинский театр драмы

Что превращает любящих людей во врагов, а семейную жизнь — в ад? Как справиться с кризисом и не потерять любовь за ненавистью? Мелодраматический хоррор «Демоны» (18+) в челябинской Драме не дает зрителям готовых ответов и решений, но может послужить своеобразным актом шоковой семейной терапии.

Ларс Нурен — один из крупнейших шведских драматургов современности. В пьесе «Демоны» он беззастенчиво цитирует своего соотечественника, великого Ингмара Бергмана с его «Сценами из семейной жизни». При этом критики также не устают упрекать Нурена в том, что он ужасно вторичен по отношению к Эдварду Олби. Действительно, только ленивый не найдет в камерной шведской истории сходства с «Кто боится Вирджинии Вульф?», да и созданы «Демоны» в 1978 году — много позже вышеуказанных фильма и пьесы.

Вечеринка превратится в хождение по мукам супружества

Можно, однако, пойти еще дальше и вспомнить, что Роман Полански снял в 2011 году не самую свою удачную, но довольно выразительную работу: «Резня», по пьесе Ясмины Реза, где две семейных пары также крушили и кромсали свою жизнь на кусочки в ходе своеобразной вечеринки. Ну а знатоки российского кино наверняка вспомнят и «Громкую», и «Обратную связь», где, с поправкой на количество персон и современные технологии, происходит примерно то же самое. Вторичность — не есть недостаток в истории семейного кризиса, ведь это вечный сюжет, всегда актуальная тема; любовь и ненависть в квадрате. Что нужно, чтобы сделать из такой конструкции хороший спектакль? Конечно, только роскошный актерский ансамбль (и немного хорошей музыки).

Спектакль «Демоны» идет на малой сцене Челябинского театра драмы

Катарина (Наталья Катасонова) и Франк (Роман Чирков) живут вместе почти 10 лет, и у них нет детей, что, кажется, очень беспокоит женщину, да и мужчине не особенно по душе. Также в анамнезе — слишком теплые отношения мужа с матерью (по крайней мере, так утверждает жена), измены и чуть ли не скрытая иная ориентация Франка. Волею судьбы пара, для которой пережить совместный вечер наедине — страх божий, зовет в гости соседей — Томаса (Денис Кирш) и Иенну (Алла Несова). У тех — целых двое карапузов, только счастья тоже что-то не видать: жена совсем потеряла себя за заботами о младшем, а муж, кажется, забыл, что Иенна когда-то была привлекательной женщиной. В эту угарную ночь на четверых все будут друг друга есть, смакуя по кусочкам, выпуская демонов. Из отношений сыплется песок — и на сцене тоже. Только это не нежный влажный песок на морском побережье, а смертельно душная, жаркая пустыня, где, кажется, не выжить никаким добрым чувствам.

Иенна и Катарина — такие разные, но несчастные жены

Герои — по сути своей, схемы. Им всем где-то за тридцать. Мы не знаем, где они работают. Мы не знаем точно, где и как они живут. Франк — небедный мужчина, его жена Катарина — ослепительная блондинка без ясного рода занятий. Иенна — полноватая мать двоих детей, Томас — флегматичный, замордованный заботами отец. Горячительное и откровенные разговоры доведут их и заодно зрителей до ручки, до белого каления, до желания немедленно разойтись с горячо любимыми и ненавистными супругами (да, может быть и такое). В челябинской Драме — хорошие молодые актеры, и «Демонов» они делают по-настоящему демонически. Постановщик Николай Осминов и художник по свету Владимир Карпов тоже знают свое дело: картинка на сцене выглядит, как взбесившийся семейный рай из IKEA: стены-трансформеры то белые, то зияют черной пустотой; на гладких велюровых креслах так приятно душить поддатую и оттого очень вульгарную супружницу; а мобильный металлический кухонный стол при нужных нюансах выглядит порталом в ад.

Художник по свету создает атмосферу, в которой нет четвертой стены, и зрителю временами очень неуютно

Кто бы вы ни были, из каких условий, предтеч бы ни складывалась ваша семейная жизнь, вам не избежать прихода демонов, говорят нам и Ларс Нурен, и создатели спектакля в челябинской Драме. «О чем ты думаешь? Что ты чувствуешь? Что мы сделали друг с другом?» — об этом размышлял, поглаживая затылок жены, герой еще одного знакового мелодраматического хоррора поколения — фильма Дэвида Финчера «Исчезнувшая»; этими же вопросами задаются Катарина, Франк, Томас и Иенна. Об этом же думают зрители в зале; ваши соседи за стеной; все пары всех времен и народов. Почему люди не расходятся, если причиняют друг другу боль? Почему там, где есть обязательства и несбывшиеся мечты, боль эта режет сильнее всего? Из-за чего страсть превращается в зыбкий песок, утекающий сквозь пальцы? Что служит причиной тому, что любящие друг друга люди не могут ужиться? И, самое главное, что со всем этим делать? Изменить, вовсе сменить любовные предпочтения, уйти? Или тянуть лямку дальше, ожидая, что вот-вот откроется второе дыхание?

Катарина — актриса Наталья Катасонова

Семейный институт в кризисе, это мы все давно знаем. Но точно ли стоит хлопать дверью, если вам кажется, что под слоем неудач и дрязг когда-то сильная страсть совсем задохнулась? Все ли истории про «принятие себя и сбережение ресурсов» — о счастье? Драматург, режиссер и артисты, кажется, чуть приоткроют двери к выходу из этого ада — но для зрителя это будет лишь началом собственного хождения по его кругам. Демонов, как ни крути, надо брать живьем, как мы знаем из еще одного старого фильма. Возможно, тогда этот поход станет в итоге освободительным и радостным.