Медиа

Матвей Кондрашов

Главный редактор

Бессменная традиция новогодней ночи: с боем курантов раздается звон бокалов и звучат пожелания того, чтобы наступивший год был непременно лучше ушедшего. И ведь каждый год хочется в это верить: что все проблемы действительно исчезнут, а дальше будет исключительно плюс. Но могли ли мы 1 января 2020-го предполагать, в какой водосток благие речи сольет крохотный вирус? Будут ли челябинцы спустя год столь же позитивны? И да, а причем здесь вообще СМИ?

Признаюсь, журналистика исковеркала мое сознание настолько, что нынче вопросы — это даже не профессия, это патология. Читаешь какую-то новость, еще до конца текста не дошел, а мозг уже перебирает варианты: это важно или нет, а что из этого следует? «Маршрутка сбила ребенка» — будут ли избавляться от этого транспорта на челябинских дорогах, или поохали, да забыли... до следующей трагедии? Или «семья во время пожара в частном доме задохнулась угарным газом» — значит ли это, что начнутся проверки домов на пожароопасность, или опять: потушили, похоронили, забыли? И чем дальше, тем больше не покидает ощущение, что наша медиаотрасль в погоне за просмотрами, кликами, рейтингами, движется куда-то не туда, не к населению с распростертыми объятиями, а напротив, высасывает внимание и мозг до последней капли...

До того, как наш регион накрыла неизведанная на тот момент напасть — коронавирус, я читал новость и не вполне понимал: в 2020 году Челябинская область получит на треть больше денег на реализацию нацпроектов. И что? Точнее, понимал с точки зрения обывателя, что больше денег — лучше результат, и надо бы только радоваться. Но в то же время сознанию было непостижимо — когда на протяжении года звучат заверения: «Наш бюджет социально ориентированный», «Мы с вами — одна команда», «Мы построим новые объекты», «Мы займемся благоустройством», «Десятки миллиардов рублей мы направляем на нацпроекты», чего столько недовольных? Соцсети посмотреть, так там вообще негатив, упадничество, негодование. Что за чертовщина?

Редакция «Челябинского обзора» решила нацпроекты разложить по полочкам

Мы с редакцией этим вопросом озадачились настолько, что даже решили 2020 год посвятить нацпроектам. Разобраться: чем отличается дорога, построенная или отремонтированная в рамках нацпроекта «Безопасные и качественные автодороги» от такой же, только без оного? Стоит ли обращать внимание на «панельку», построенную в рамках нацпроекта «Жилье и городская среда», когда таких коробок в городе в принципе возводится десятки? Что, без нацпроекта «Здравоохранение» медотрасль загнется? И вышли на следующие размышления.

Мы живем в мире, в котором новости воспринимаются «как есть», и не дается времени на то, чтобы разобраться, насколько верна информация или ошибочна, как ее можно и нужно трактовать. Вопросов много, а ответы редко где встретишь. Неудивительно, что южноуральцы не то чтобы были недовольны реализацией нацпроектов, а попросту год назад скорее всего даже и не понимали: о чем вообще речь? Если обратиться к социологии, то картина вырисовывалась следующая (по данным на сентябрь 2019 года): в подробностях с нацпроектами знакомы лишь 7% россиян, и только 6% верят в их успех (данные НАФИ и Совета Федерации). Данные предоставлены, конечно, в разрезе всей страны. Но маловероятно, что наш регион в этом плане резко выделяется в плане осведомленности.

Национальные цели потому и называются так, что они должны стать для нас национальной идеей.

Даже самые благие намерения чиновников встречают неожиданную реакцию. А что делать? Кто виноват? Кто должен разжевывать важность и нужность? А уж не мы ли с вами, уважаемая пишущая братия? Мы же средства (!) массовой (!) информации (!). Логика подсказывает, что о таких вещах говорить надо честно и открыто. Нужно не просто упоминать слово «нацпроект», чтобы попасть в интернет-метрику ради галочки, а трубить, разжевывать, доносить. Иначе попросту читатель не будет отличать масштабные планы по развитию от нарисованного на компьютере блокбастера — красивой картинки, но, по сути, пустышки, развлекухи.

Национальные проекты в России приняты в 2018 году. Разработаны они по трем направлениям: «Человеческий капитал», «Комфортная среда для жизни» и «Экономический рост». По поручению Владимира Путина в конце декабря Правительство России определило цели и задачи на период до 2024 года по 12 стратегическим направлениям. Цели ясны, задачи понятны. Прошло больше года. Теперь пробежимся по публикациям за 2020-й. Наберем в поисковике «нацпроекты Челябинск»

  • В Челябинске 170 семей переселено из аварийного жилфонда. Из них 82 — в рамках национального проекта «Жилье и городская среда».
  • Нацпроект «Демография» в Челябинске: все шесть детских садов введены в эксплуатацию.
  • Сэкономили вдвое. В Челябинске поставили не ту дворовую площадку по нацпроекту.
  • Дорожников в Челябинской области поймали на укладке асфальта в снег. Найдены нарушения в исполнении работ в рамках реализации нацпроекта. Вскрылось около десятка случаев ремонта дорог при минусовых температурах или укладки асфальта поверх снега.

Упоминания про нацпроекты чуть ли не ежедневные. Не спорю, часто грешат и исполнители. Но ведь есть и позитивные поводы. Куча комментариев от многочисленных экспертов, оценок от политологов. А читаешь, смотришь — и нет ощущения цельности. Такое ощущение, что ключевые цели находятся в какой-то зоне хаотических процессов, которые не вписываются ни в какие «многолетние данные» и прогнозам не поддаются. Вот начинаешь изучать очередной материал про «нацпроект», и вместо того, чтобы возгордиться за область родную, покрываешься пятнами нервного дерматита — отчасти по информповодам, отчасти просто из-за непонимания фундаментальной сути. А после финальных строк понимаешь, что тебя поимели — никакого откровения, глубины.

Или взять масштабы поменьше: городское хозяйство. К хорошему же быстро привыкаешь: клавишей щелкнул — свет зажегся, открыл кран — водичка полилась. Блага воспринимаются как само собой разумеющиеся. А если что-то вдруг не так, кто виноват? «Ну естественно, власти», — начинает роптать обыватель. Да с чего бы? Горячая вода в кране, включение уличных фонарей, работа светофоров, наличие урн, прием в поликлинике: городское хозяйство — это целый пласт, который позволяет ежедневно функционировать мегаполису, обеспечивая горожанам их комфортную жизнедеятельность. В этой сфере трудятся десятки тысяч людей со своими руководителями, компетентными специалистами и так далее. Об этом челябинцам рассказывают?

В конце прошлого года я начал искать информацию о челябинских секциях, кружках и муниципальных школах. Испытал культурный шок. В общей сложности на запрос «Спортивные школы Челябинска» поисковик выдает 328 результатов.

Список бесплатных секций в городе: 165 результатов.

Среди них:

  • Обучение игре в русские шашки
  • Актерское мастерство (театр)
  • Английский язык для начинающих
  • Рукоделие
  • Занятия для детей в клубе любителей гитары
  • Коллектив авторского журнала «Стрекоза»

В Челябинске — уйма детских секций, 165 — бесплатные

Вот говорят: «раньше в СССР дети пристроены были: пионерия, кружки, секции. Сейчас слоняются без дела, в смартфоны уткнулись, криминал пышным цветом». Так и сейчас выбор невероятный. Вы об этом в курсе?

А у нас что: урбанисты, Варламов, аварии, коммунальные ЧП, суды-пересуды, скандалы. Один покритиковал, тут же стройный хор обиженных. Конфликт легко становится разменной монетой в политической игре: если «в этой области/городе» некого обвинить в проблеме, то и писать о чем-то бессмысленно. Причем с обеих сторон: у одних ресурсы уходят на то, чтобы конфликт раздуть, у других, чтобы его погасить. Локальные истории, направленные на ежедневное поглощение информации без желания даже вызвать попытку задуматься. Мне кажется, это сознательный подогрев общества, а не серьезный диалог с ним на важные темы. Впору вешать шильдик «трагикомедия».

Мой текст — не попытка очернить коллег, сказать: «Вот вы плохие, а мы хорошие». Нет. В конце концов, каждый продукт создается для потребителя. И если газеты продаются, посещение сайтов растет, а телеканалы и радиостанции возвышаются в рейтингах, то косвенно это подтверждение верности выбора модели существования. Но когда СМИ декларирует, что она «четвертая власть», а при этом устраивает какую-то информационную потогонку, не доводя какие-то поводы до логического завершения, мне кажется — надо остановиться и выдохнуть.

В общем, что я хотел сказать? Выводы, конечно, радикальны. И вряд ли в следующем году (да и вообще) СМИ возьмут эту модель на вооружение. Тем не менее, как мне кажется, что важно сделать? По крайней мере, в печати и интернет-сфере:

Отказаться от коротких новостей. Вот прям по максимуму. Только точечные сообщения. 4–5 штук в день. «Изменения в работе пассажирского транспорта», «перекрытие каких-то дорог», «список адресов, где можно привиться от коронавируса». Какие-то реально полезные вещи, а не информационный мусор: «кто какой пост занял», «сколько тонн снега вывезли с улиц», «где какая авария произошла». Вот правда, вам эта информация действительно нужна?

Любой информационный повод, вброшенный в массы, доводить до логического завершения. Вот, например, новость: «пять жителей Челябинска, обвиняются в незаконном обороте наркотических средств. Действуя в составе организованной преступной группы обвиняемые совершили более 10 противоправных деяний. Максимальная санкция — лишение свободы на срок до 20 лет и пожизненное лишение свободы». Уверен, что на 99,9% СМИ ретранслируют этот пресс-релиз от полиции. А потом бросят. А не важнее ли пойти дальше, и всю эту историю отследить до конца? Сходить на суд, пообщаться с теми, чьи судьбы испоганили эти мерзавцы, передать читателям всю боль и трагедию. Дождаться, когда этих деятелей закроют и явить «героев в студию». И если хоть одного потенциального покупателя наркотиков это отвадит от употребления, наверное, мы делаем работу не зря. Не генерируем информационный мусор, а занимаемся социально важным делом.

Скорее всего мои мысли — утопия. Ни одно средство массовой информации на это не пойдет. Мы слишком увязли в нынешнем тренде: чем больше просмотров, тем больше шансов на монетизацию. Но в погоне за прибылью, как мне кажется, упускается следующее: мы с вами хорошо знаем, насколько хрупок тот мир, в котором есть искренняя забота друг о друге, готовность прийти на помощь, абсолютная честность и ни капли зависти. Только этот мир способен подарить нам связку: «СМИ — читатель/зритель/слушатель», и, как следствие, счастье того детского ощущения, когда ты любим и нужен просто потому, что ты есть.

А тут еще и пандемия эта, будь она неладна — за год общество прошло все стадии: от истерии к панике, торгу, тревожности, депрессии и прострации. Мы уже живем в иной исторической эпохе. Будем же добрее, внимательнее и снисходительнее друг к другу! Времени на вражду у нас просто нет. И только наше тепло и наша любовь могут сделать этот мир лучше и светлее.

Главное в итоге — это реальные позитивные изменения в жизни каждого человека. Если в конечном счете так и будет, то мы об этом обязательно расскажем. Если же нет, то будем задавать вопросы — куда ж они денутся, в конечном счете это наша профессия. Но сейчас давайте просто отпустим информационные вожжи, уйдем вместе со всей страной на каникулы. А с первым боем курантов искренне пожелаем каждому, чтобы следующий год был непременно лучше предыдущего.

Два в одном?

Власти области могут объединить два крупнейших челябинских телеканала

«Мы, оглядываясь, видим лишь руины…»

«Челябинский обзор» рисует карту медийной активности спортивных организаций города в прошлом сезоне

Мнение

Интервью

Популярное