Полет над гнездом памяти

Как в Челябинском театре кукол поставили «Любовь и голуби»

Андрей Ткаченко

Премьера, так уж вышло, стала невольным проникновенным некрологом — режиссер всенародно любимой лирической комедии Владимир Меньшов совсем недавно ушел из жизни. Как и зачем ставить в кукольном театре «Любовь и голуби»? И почему это сегодня единственно возможная форма для такой истории?

Выросший, точнее, даже постаревший Ленька приезжает в родовое гнездо. Голубей тут давно нет. Родителей, как мы понимаем, тоже. Желания жить тут, на «этой фазенде», также не заметно. Сын Васи Кузякина ждет «в этой дыре» покупателя на дом и участок — видимо, представителя движения деревенского дауншифтинга. В ожидании Леня сначала ругается с, видимо, женой по телефону, а затем не очень удачно лезет на голубятню и опрокидывается с грохотом. И тут калейдоскопом запускаются воспоминания из того счастливого (несмотря ни на что) года, когда его забирали в армию.

Вася, дядя Митя, Надюха в обличье перчаточных кукол

Так начинается спектакль «Любовь и голуби» в Челябинском театр кукол, в постановке питерского режиссера Алексея Смирнова. Первоисточник тот же, что у фильма — пьеса Владимира Гуркина. Те же цитаты — «Людк, а Людк!», «Сучка ты крашена», «Шо характерно — любили друг друга!» и т. д. Те же сюжетные повороты — от импровизированных поминок до распивания коктейлей с разлучницей Раисой Захаровной. Смотришь спектакль, а вторым экраном перед глазами бегут кадры из фильма. Интересный такой эффект получается, даже непонятно, с чем сравнить — ну, например, будто бодрствуешь и видишь при этом сон наяву.

Голубятня и дом Кузякиных

Артисты кукольного играют великолепно, даже маленькая роль смешно хрюкающего поросенка с большими ушами вышла на ура. И Надюха, и Вася, и дядя Митя, и баба Шура, и младшая Оля, и, разумеется, непревзойденная Раиса Захаровна — все узнаваемы, и, кажется, даже интонации — те же, что в кино, снятом 36 лет назад. Смеются, радуются, ругаются, плачут в три ручья, визжат и даже пьют горькую (да-да, имейте ввиду, что спектакль этот для лиц старше 16 лет).

Героини переживают приход в семью Раисы-разлучницы

Декорации лаконичные, но при этом тоже какие-то бездонно-объемные — крутящийся параллелепипед в центре сцены превращается то в деревенский домик, то в сочинский пансионат, то в причал, на котором муж и жена начинают новый медовый месяц. Детальки в квартире Кузякиных — и вовсе удар в самое сердце: если вы жили в деревне, у вас в доме были обои в цветочек и тканевый круглый абажур с кисточками, то готовьтесь заплакать, иначе этого не выдержать. А уж хлопчатобумажный пододеяльник с квадратным вырезом посередине, играющий периодически роль занавеса, — и вовсе скоростная машина времени...

Вася и Раиса Захаровна пьют роковые коктейли

Кроме кукол, на сцене появляются то ли ангелы, то ли призраки в белых одеждах. Они иногда копируют действия кукольных героев, иногда — просто наблюдают. Они безмолвные, и Ленька их не слышит.

Те самые ангелы-призраки

Вся эта жизнь — сон. Которая пролетела, как птицы над голубятней. Нет той страны, в которой все это было. Нет бесплатных путевок на море и сельпо; нет больше мечты «посидеть в баре в городе», потому что бары есть везде... Нет, увы, уже даже того человека, который снял всенародно любимый фильм.

Полет над голубятней

Зачем ставить такой спектакль на сцене кукольного? Да вот как раз за тем: запечатлеть ушедшую эпоху в этом сказочном виде. Чтобы в финале теми самыми голубями полетели над сценой и дядя Митя, и баба Шура, и Людка, и Вася, и Надюха... И этот полет над гнездом семьи — наверное, лучшее, что останется в памяти постаревшего Леньки. Который, увы, не стал сохранять дом и все-таки решил пустить его с молотка. Потому что нет в его жизни с ее навигаторами, айфонами и нервами больше ни любви, ни голубей.

Премьера состоялась на временной сцене театра в ДК ЧЭРЗ

Этот спектакль — теплое послание тем, кто ту жизнь еще помнит. Кто прожил ее в деревне, у медленной глубокой реки, в доме, который не принято было запирать на ключ. Владимир Меньшов в 1984 году снял фильм о том, что человек в минуты отчаяния и трудностей возвращается в свой дом, на свою землю. Людка бежит к родителям из Иркутска от мужа-тирана, Вася бежит от Раисы Захаровны с ее инопланетянами и тертой свеклой, из ее городской обустроенной по последнему слову моды и техники квартиры, обратно — к Надюхе и детям... Режиссер Алексей Смирнов в 2021 году поставил спектакль о том, что этот возврат уже невозможен. Вот так, ешкин кот. И ничего не поделаешь.